Д`Артаньян, Гвардеец Кардинала. Книга 2 - Александр Бушков

Вот теперь он увидел в глазах очаровательной Мари настоящийстрах.

– Шарль, вы не можете… – прошептала она. –Это подло…

– Быть может, – кивнул он. – Но сейчас я способенна любую подлость – благо свершить ее предстоит с людьми, которых никак нельзяотнести к моим настоящим друзьям. Вот именно… Выйдя отсюда, я постараюсь, чтобыдо Винтера как можно быстрее дошли слухи, что вы все знаете об этой истории. Итогда ваша жизнь станет невероятно увлекательной – смерть может таиться вкаждом куске, в каждом глотке… Я чудом вырвался из рук Винтера и знаю, на чтоон способен. Вряд ли он и с вами будет церемониться. Что его остановит? То, чтовы – любимица французской королевы? Какой вздор, право! Я уверен, он и своемукоролю вкупе с Бекингэмом подсыпал бы яд, если это помогло бы ему вырвать уАнны права на наследство… Всего наилучшего, Мари. Я и так потерял с вами многовремени. Вы не хотите помочь мне? Ваше право. Но и меня никто не обязываетпомогать вам сохранить вашу драгоценную жизнь… Всего наилучшего!

Он взял свою шляпу и решительно повернулся. Сделал два точнорассчитанных шага – не слишком быстрых, но и не слишком медленных. Это былрешающий момент. Оставалось верить, что ум герцогини де Шеврез, ееподозрительность и жажда жизни возьмут верх над нерасчетливыми обидами…

– Подождите! – раздался за спиной вскрик.

Д’Артаньян медленно обернулся:

– Да?

– Быть может, я и могу указать вам след… По крайнеймере, это похоже на след…

– Только не врите, Мари, – сказал он резко,отрывисто. – Вашу ложь удастся проверить очень быстро, и тогда берегитесь…

– Да подите вы! Я не собираюсь врать. Не стоит врать вмомент, когда подтверждаются мои наихудшие подозрения…

– Что вы знаете, Мари? – спросил он нетерпеливо.

– Вы говорите, ее похитили? – герцогиня наморщилалоб. – Наверняка с тем, чтобы передать Винтеру…

– Наверняка. Вы знаете какое-то место?

– Трудно назвать то, что я знаю, каким-то конкретнымсловом… – произнесла герцогиня задумчиво. – Понимаете, Шарль, к нейдовольно часто приезжала какая-то монахиня… Не простая монахиня, а занимающаякакой-то пост – быть может, настоятельница, аббатиса… Не такая уж старая,определенно из хорошей семьи, резко настроенная против Ришелье… Я с ней парураз сталкивалась, но не знаю ее имени. Она обитает где-то к северу от Парижа,не особенно далеко, но и не близко… Вот и все, что может вам помочь…

– Что за монахиня? Какого монашеского ордена илибратства?

– Понятия не имею, – ответила герцогиня с детскойбеспомощностью. – Я совершенно не разбираюсь в монашеских одеяниях, и вцеркви-то не была не упомню с какого времени… Единственные, кого я уверенномогу отличить по одежде – доминиканцы. У меня был любовник, юный аббат из доминиканцев…

– У доминиканцев, кажется, нет женскихмонастырей, – сказал д’Артаньян. – В любом случае, они носят толькочерное и белое… Как она была одета, эта монахиня?

– Дайте припомнить… Она была одета ужасно. Этот ихмонашеский балахон, при виде которого всякая нормальная женщина придет в ужас.Покрой совершенно…

– Мари, мне не это нужно! Цвет?

– На ней был коричневый балахон, а на голове еще болееужасный черно-белый платок…

– Апостольник?[29] – спросилд’Артаньян, с грехом пополам разбиравшийся в этом вопросе благодаря дальнейродственнице-бенедиктинке[30].

– Ну откуда я знаю, как он называется? Коричневыйбалахон и черно-белый платок… Судя по виду лошадей, запряженных в ее карету, имприходилось совершать переход в несколько часов…

– И это все?

– Уж не взыщите…

– Постараюсь вам поверить, – сказалд’Артаньян. – А если вы меня обманули – тоже не взыщите…

– Противный! – воскликнула герцогиня, уже немногооправившись от пережитого страха. – Я искренне хочу вам помочь. Питаюнадежду, что и вы впоследствии, когда справитесь с ней…

– Быть может, – сказал д’Артаньян. –Простите, Мари, но я и в самом деле обязан спешить…